Соцмережі
10 Червня 2019
68

Дмитро Томчук: Про вплив друкованого тексту та диверсифікацію джерел інформації

Сучасні носії знань, відсутність блокад та інше сприйняття

(мовою оригіналу)

Бабушка безутешна. “Не читает!” – сокрушенно говорит она про внука и в священном ужасе качает головой. “Как же он жить будет! Не читает!” Мой сотрудник в мрачном настроении. Его жизнь отравлена. “Не читает, поганец!” – говорит он про своего сына, и морщится, как от тошноты.

В нашем детстве единственным носителем информации был текст. За зиму мы могли прочесть от и до десять огромных томов Детской энциклопедии по три кг каждый, 4 000 страниц в сумме, и это было нормально. Потому что остальные носители информации – это было несерьезно. Черно-белый телевизор с его тремя программами – ЦТ, УТ-1 и Третьей программой? Негусто, особенно с поправкой на галиматью, которой был заполнен советский телеэфир. Плюс снег и помехи от антенны, торчащей над крышей дома на длинной трубе. Радио? Да, на кухне радио не выключалось. “Маяк”, “Проминь”. Скажите, вы относитесь к радио как к серьезному медиа? Так и мы в нашем советском детстве. Что осталось? Кино по 10 копеек. Не считается. Что это за носитель, если на фильм, к примеру “Хон Гиль Дон”, ходишь десять раз? Если найдешь деньги. Вот и выходило – текст – единственный источник информации.

Мы впитали это до костей, насквозь. Настолько, что отрицать верховенство печатного текста – это кощунство. Просто представьте икону, на которой у Христа в руках вместо раскрытой книги – DVD-диск, дискета, перфокарта, бобина перфоленты, флешка. Кощунство? Конечно! Хотя все они, как и книга – носители информации. Формально опишите изображение на иконе для самообучающейся нейронной сети в базовых понятиях, что получится? “Человек с носителем информации”. Но для нас, последнего поколения печатного текста, по умолчанию источник информации – это книга. А мир тем временем двигался вперед, не обращая внимания на наше подсознательное. Так и получилось, что между нашими воззрениями на информацию и текущим положением дел – пропасть. Нет, мы умом конечно все понимаем. А в душе принять не можем. И зря. Но нам есть замена: дети.

Сегодня меняется формат восприятия и поиска информации. Сегодня дети быстро учатся самостоятельно искать информацию. Они не хотят зависеть в этом от нас, они не хотят листать пыльные тома. Им нужны ответы на их вопросы, но без нашего участия. Сегодня будет меньше вопросов ко взрослым – “А почему, а почему”, потому что теперь информацию ребенок может взять не менее чем с десятка разных носителей. Я смотрю, как сегодня мой Гоша самостоятельно находит информацию – ведь ему уже шесть. И он может сам взять информацию, которую хочет. Он может самостоятельно посмотреть передачу. Для него не проблема посмотреть о том, что ему нужно, на английском или французском языке. Его не останавливает незнание языков, то, что остановило бы взрослого: “Так тут же на английском!” Дети хорошо впитывают язык, если у них есть возможность. Почему мы в детстве не впитали несколько иностранных языков? Потому что их не было в нашем окружении.

Бесконечно летая в Тель-Авив, Гоша ловко нахватался иврита, и может перекинуться парой фраз в обычных ситуациях и даже сойти за местного, а я – нет. Мы не брали это все из окружающего воздуха, потому что этого всего там не было. У них – есть. Поэтому они сегодня намного умнее нас в их возрасте. Они более быстрые, цепкие, хваткие. Они ускорились благодаря обилию источников информации, на фоне которых то, что окружало нас было тотальной информационной блокадой. И они будут ускоряться и брать свое.

И не нужно стоять на их пути. Это тяжело принять, но лучше начать привыкать к этой мысли прямо сейчас: нам придется отойти в сторону. Наши деньги ничего не решают. Все решает информация. Которой не было у нас в их возрасте.

Так что готовьтесь. Вместе со мной.

Більше новин та актуальних матеріалів у нашому каналі в Telegram

 

Контекст

Ми у соцмережах

Слідкуйте за нами у Facebook або ж читайте усе найцікавіше у нашому каналі в Telegram