Соцмережі
9 Липня 2019
130

Олександр Самбук: DXC Technology остаточно поглинула Luxoft

Історія розвитку та хеппі енд компанії Luxoft 

(мовою оригіналу)

История Luxoft как независимой компании завершена.

DXC Technology окончательно закрыл сделку по поглощению в июне – сразу же после того, как Российская Антимонопольная служба, последняя среди остальных регуляторов, дала свое добро.

Тихо и незаметно для посторонних глаз у Люксофта обновился логотип: теперь это “a DXC Technology Company”. Акции Люксофта выведены из оборота – DXC выкупил их у всех держателей, больших и малых. Президент и CEO Дмитрий Лощинин остается у руля, получив через некоторую сложную схему до 90 миллионов долларов в кэше и акциях DXC. Другие корпоративные офицеры располагают более скромными капиталами: Евгений Фетисов – 920 тысяч, Роман Трахтенберг – 850 тысяч; Григорий Каузов уходит из компании и уносит 670 тысяч плюс парашют*.

Несмотря на всю правильную риторику, которая сопровождает процесс – это, разумеется, покупка меньшего большим. Соотношение сил хорошо видно по подписантам соглашения: со стороны Люксофта это Лощинин, а со стороны покупателя – финансовый директор. Это обычная практика при корпоративных поглощениях, и обманываться на этот счет не нужно. Начата интеграция и реорганизация. Некоторые известные токсичные личности убывают, другие пока что держатся; хорошие ребята и девчонки вроде бы в основном остаются на местах, а некоторые даже с повышением, что внушает надежду..

Вряд ли кто-то напишет про Люксофт мемуары или превратит его историю в кейс бизнес-школы, а жаль. Люксофт стал символом эпохи расцвета восточноевропейского айти-аутсорсинга, во многом ее сформировав. Люксофт был одной из двух компаний, которые начали открывать центры разработки в сотни человек, организовывать фабрики рекрутмента, активно открываться в других странах, работать с рынками и с правительствами.

Успех Люксофта базировался на трех составляющих. Это общая тогдашняя популярность Восточной Европы как региона с сильной программерской школой и дешевыми рейтами; выдающееся переговорное мастерство первых лиц; и, наконец, прекрасная эффективная команда менеджеров. Именно менеджеры, от заместителей Лощинина до руководителей проектов, двигали успех новых проектов и инициатив на своем профессионализме и энтузиазме. Они (мы) запустили Дойче Банк и UBS, сертифицировались на CMMI и ISO 27001, вышли в Украину, открыли тренинг-центр, и сделали много чего еще. Конечно, не обошлось и без удачи: без нее было бы невозможно заполучить нескольких якорных клиентов и выделить финансовую и automotive линейки бизнеса. В 2013 году Люксофт вышел на публичную биржу, и за два с половиной года цена акций увеличилась в четыре раза – такую динамику, например, в свое время демонстрировал Гугл.

Однако к 2015 году времена изменились. Продолжался мировой финансовый кризис, банки стали испытывать проблемы с регуляторами, клиенты распробовали Индию как источник дешевых и сердитых услуг. Начали звенеть первые звоночки. Руководство Люксофта принципиально отказалось от экспансии в Индию и другие дешевые регионы, полагая, что конкурировать с местными монстрами аутсорсинга все равно невозможно. В этом решении содержалось разумное зерно и с этим можно было жить дальше. Можно было усилить службу продаж и продавать больше, нарастить вертикальную экспертизу и продавать дороже; диверсифицировать линейку услуг, разработать продукты и выйти на принципиально новых клиентов.

И тут обнаружилось, что Люксофт уже не тот. Компании, приобретаемые ради экспертизы и синергии, оказалось невозможно толком интегрировать. Руководители, съевшие собаку на аутсорсинговом бизнесе, оказались неспособны разработать сильные продукты. Вчерашние талантливые менеджеры проектов и руководители проектных офисов, сделав блестящую карьеру, вошли во вкус корпоративных войн. В довершение всего, Люксофту радикально не везло с отстройкой службы продаж. Ни один из нанятых директоров по продажам не смог нормально поставить работу.

Рост в отдельных проектах и линейках не смог переломить тренда. Начиная с 2016 года, акции Люксофта падали шесть раз в ответ на новости, озвученные на квартальных конференциях с акционерами и аналитиками. Последние несколько кварталов превратились в выматывающую битву компании за экономию и маржу, а также в личную битву менеджеров за свое выживание; казалось, уже никого не интересует собственно delivery.

На этом фоне руководство Люксофта начало активные переговоры с несколькими возможными покупателями.
Последний удар по акциям – падение их стоимости на 20 с лишним процентов – пришелся на разгар переговоров о покупке. DXC предсказуемо заявил о снижении стоимости сделки. Но переговорное мастерство Лощинина и здесь сыграло роль: финальная цена в $59 за акцию – это условия, о которых можно было только мечтать. DXC купил Люксофт с премией в почти 100%.

История Люксофта – это хороший пример другим игрокам: трансформируйтесь и думайте наперед, иначе благополучие может очень быстро вас покинуть. Люксофту повезло закончить хеппи-эндом: акционеры вышли с хорошими деньгами, рабочие места сохранены. Вам может не повезти.

Что будет дальше? Будет постепенная абсорбция, как оно и бывает в таких случаях. Примерно через три года Люксофт окончательно растворится в компании-родителе (так оно называется по-английски, “parent”) и останется только в воспоминаниях олдфагов.

А мы будем жить дальше. Это были хорошие времена, но впереди – еще лучше.

Я желаю всем хорошим ребятам и девчонкам найти себя в новой компании. А всем бизнесменам – извлечь урок.

Більше новин та актуальних матеріалів у нашому каналі в Telegram

 

Контекст

Ми у соцмережах

Слідкуйте за нами у Facebook або ж читайте усе найцікавіше у нашому каналі в Telegram